Закон о защите прав физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности: взыскание, законные интересы

Закон о защите прав физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности: взыскание, законные интересы Фото Ивана Калюева

Президент РФ Владимир Путин подписал вчера федеральный закон о регулировании коллекторской деятельности.Официально закон называется ФЗ РФ от 03.07.2016 № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях».

Принятый в окончательном виде закон направлен на регулирование деятельности по взысканию долгов исключительно с физических лиц.

По мнению генерального директора компании «Юрколлегия» — эксперта по взысканию долгов, Елены Герасимовой: «Для участников рынка очень важно, что закон не будет регулировать вопросы взыскания долгов с юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Эти вопросы достаточно хорошо урегулированы гражданским законодательством и законодательством об исполнительном производстве. Именно рынок взыскания долгов с физических лиц требовал дополнительного правового регулирования в связи с участившимися злоупотреблениями в последнее время».

Законом четко определены способы взаимодействия коллекторов и должников. Представитель кредитора, при взаимодействии с должником вправе использовать личные встречи, переговоры по телефону, сообщения и почтовые отправления.

Количество личных встреч и телефонных звонков ограничено. Допускается не более двух телефонных звонков (при этом не более одного звонка в сутки) и одной личной встречи с должником в неделю. Запрещено взаимодействие с должником с 22.00 до 8.

00 в будни и с 20.00 до 9.00 в выходные и праздничные дни.

Закон запрещает совершение действий, направленных на применение к должнику физической силы, либо с угрозой её применения, а также направленных на повреждение имущества должника. Закон запрещает оказание на должника психологического давления, использование выражений или совершение действий, унижающих честь и достоинство должника.

Не допускается размещение информации о должнике и задолженности в Интернете, на жилом помещении и других зданиях, а так же не допускается сообщение это информации по месту работы должника.

Не допускается привлечение к взаимодействию с должником лиц, имеющих неснятую или непогашенную судимость. Кроме того не допускается привлечение к взаимодействию с должником на территории Российской Федерации лиц, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

Закон предусматривает формирование Госреестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности.

По словам Елены Герасимовой, «согласно принятым вместе с законом поправкам в КоАП РФ, незаконное осуществление коллекторской деятельности без включения в Госреестр, грозит штрафом для юридических лиц от 200 тысяч до 2 млн рублей».

Вести реестр будет уполномоченный Правительством РФ орган исполнительной власти. Кроме того закономустанавливаются определённые требования к юридическим лицам, входящим в реестр.

Юридическое лицо должно быть зарегистрировано в форме хозяйственного общества, размер чистых активов юрлица на последнюю отчётную дату должен составлять не менее 10 млн рублей, профессиональная ответственность должна быть застрахована на сумме не менее 10 млн рублей.

Кроме того юрлицо не должно быть банкротом и у него должен быть сайт в Интернете.

 «Рынок принял закон с настороженностью. По мнению участников рынка, новый закон, с одной стороны, создаст единые правовые стандарты коллекторской деятельности, и это конечно правильно. С другой стороны, закон может нарушить баланс интересов кредитора и должника. В первую очередь вызывает вопрос возможность должника отозвать свое согласие на взаимодействие с коллекторской компанией. Такая норма априори лишает коллекторскую компанию права на истребование долга, так как это право поставлено в зависимость от волеизъявления должника. В связи с чем, рынок опасается роста задолженности по кредитам физических лиц, после принятия нового закона», — уточняет Елена Герасимова

Мероприятия

Источник: https://www.klerk.ru/law/articles/446505/

Е. Н. КондратКомментарий к Федеральному закону от 3 июля 2016 г. № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон „О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях“»

№ 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон „О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях“»» src=»https://static.fictionbook.ru/static/bookimages/59/37/18/59371803.bin.dir/59371803.cover_330.jpg»>Закон о защите прав физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности: взыскание, законные интересы

R.M. Akhmedov, O.S. Borisov, E.N. Kondrat, I.V. Ryzhykh, T.V. Shashikhina

  • Commentary to the Federal Law № 230-FZ of July 3, 2016 «On the protection of the rights and legitimate interests of individuals in the exercise of the activities on the return of debt arrears and on amendments to the Federal Law «On microfinance activities and microfinance organizations»
  • (Itemized)
  • The book represents clause-by-clause commentaries to the Federal Law «On the protection of the rights and legitimate interests of individuals in the exercise of the activities on the return of debt arrears and on amendments to the Federal Law «On microfinance activities and microfinance organizations».
  • The book is intended for law enforcers, legal practitioners, professors and students of law faculties.
  • Keywords:
  • microfinance activities, arrears, a debt collector, a debtor, debt collection, debt repayment.
  • © Yustitsinform, 2017

Введение

Федеральный закон «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» принят с целью регулирования деятельности по возврату долгов физических лиц, в том числе в части установления способов взаимодействия между кредитором, лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, и физическим лицом, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов физических лиц, которые могут быть нарушены использованием недобросовестных методов взыскания.

Согласно сведениям Банка России, задолженность по кредитам, предоставленным физическим лицам – резидентам, в период с начала декабря кризисного 2009 г. до начала декабря 2015 г. выросла в три раза (с 3571,8 млрд руб. до 10637,4 млрд руб.), при этом просроченная задолженность за этот же период выросла в 3,6 раза (с 241,05 млрд руб.

до 864,13 млрд руб.). Только за период с начала января по начало декабря 2015 г. объем просроченной задолженности должников – физических лиц вырос более чем на 23 % (с 665,64 млрд руб. до 864,13 млрд руб.). С начала декабря 2009 г. по сравнению с началом декабря 2015 г.

доля просроченной задолженности в ее общей сумме выросла с 6,74 % до 8,12 %.

Кризис на рынках потребительского и жилищного кредитования спровоцировал рост активности различных мошеннических структур, ориентированных на отбор денег у доверчивых заемщиков с помощью схемы так называемого «альтернативного кредитования».

В информации ЦБ РФ по этому поводу говорилось: «в условиях удорожания потребительских и ипотечных кредитов и микрофинансовых займов во многих субъектах Российской Федерации активизировались нефинансовые организации, не имеющие права на осуществление потребительского кредитования, предлагающие населению различные программы по «альтернативному кредитованию» для приобретения автомобилей, квартир, земельных участков, товаров народного потребления и т. п. Как правило, проценты по таким программам существенно ниже ставок по банковским кредитам и микрофинансовым займам, а требования к заемщикам практически отсутствуют.

Участие граждан в таких программах обычно оформляется «договором о предоставлении услуг» на срок до 15 лет, предусматривающим предоставление гражданину денежных средств для приобретения необходимого имущества после внесения им единовременного «регистрационного платежа» в размере от 5 % до 20 % от стоимости соответствующего имущества и ежемесячных платежей в счет погашения будущей задолженности. При этом количество платежей, необходимых для получения денежных средств, и конкретный срок предоставления гражданину денежных средств не устанавливаются. Возврат «регистрационного взноса» и ежемесячных платежей не предусмотрен даже в случае расторжения с организацией договорных отношений и / или невыполнения ею договорных обязательств».

Читайте также:  Перевод с карт тинькофф на карту сбербанка: есть ли комиссия, сколько идет

Банк России обратил внимание граждан на то, что организации, предлагающие подобные услуги, могут вводить в заблуждение потребителей финансовых услуг, а также рекомендовал гражданам проявлять осмотрительность и воздерживаться от участия в такого рода программах и заключения договоров по ним.

В соответствии с законодательством Российской Федерации осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению займов населению имеют право кредитные организации, микрофинансовые организации, кредитные потребительские кооперативы, сельскохозяйственные потребительские кредитные кооперативы и ломбарды.

В последнее время юридические компании целого ряда регионов отмечают рост числа обращений обманутых заемщиков, пострадавших от действий «альтернативных» кредиторов.

После тщательного разбора ситуации было выявлено, что некие фирмы, как правило ООО с минимальным уровнем уставного капитала (10 тыс. руб.), предлагают гражданам кредиты, преимущественно ипотечные, по ставкам значительно ниже рыночных.

При этом никаких требований к заемщикам не предъявляется, т. е. кредиты доступны без кредитной истории, справки о доходах, поручителей и т. п.

С ростом объемов потребительского кредитования увеличивается потенциальное число должников – физических лиц, права которых могут быть нарушены применением недобросовестных практик, связанных с возвратом долгов, в связи с чем этот вопрос приобретает особую актуальность и социальную значимость.

Прогнозируемое увеличение задолженности населения, в том числе по потребительским кредитам, при объективной неспособности граждан исполнять свои обязательства может привести к росту социальной напряженности.

В Федеральное собрание и другие органы власти поступают многочисленные обращения по указанному вопросу, значительная часть которых связана с взысканием задолженности по кредитным договорам, осуществляемым так называемыми профессиональными взыскателями, или коллекторами. О существовании проблемы свидетельствуют также многочисленные публикации в прессе.

Отмечаются факты угроз жизни и здоровью должников – физических лиц, их запугивания, вторжения в жилище, распространения порочащих их сведений, незаконного использования сведений, составляющих персональные данные, включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя.

Нарушения прав должников – физических лиц, попадающие в поле зрения правоохранительных органов, отражают лишь часть проблем, существующих в рассматриваемой сфере, так как сведения из правоохранительных органов касаются только случаев обращений должников – физических лиц в ситуациях, когда нарушение их прав носит ярко выраженный характер.

Недобросовестными лицами могут также совершаться действия, не подпадающие под формальные составы правонарушений, предусмотренных действующим законодательством, но при этом ущемляющие права должников и создающие для них невыносимые условия жизни (звонки в круглосуточном режиме, завуалированные угрозы, психологическое давление, введение в заблуждение в отношении личности взыскателя и возможных последствий неисполнения обязанности по уплате долга и т. д.).

  1. Одной из причин такой ситуации является экономическая эффективность недобросовестных практик, стимулирующая к их применению и создающая преимущества для недобросовестных лиц относительно добросовестных участников рынка, не нарушающих права должников.
  2. Действующее законодательство не содержит прямых общих норм, квалифицирующих признаки недобросовестных практик и действий взыскателей, отсутствуют также законодательные механизмы, направленные на предупреждение совершения взыскателями действий, нарушающих права должников – физических лиц, и исключение из правового поля лиц, осуществляющих деятельность по взысканию задолженности на профессиональной основе с нарушением прав должников.
  3. Созданию условий для обеспечения надлежащей защиты прав должников – физических лиц будет способствовать издание отдельного федерального закона, регламентирующего действия по возврату долгов, осуществляемые кредиторами и другими лицами, а также регулирующего деятельность юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату долгов на постоянной основе.

Законом вводится минимальное число новых понятий, при этом предусмотренные в законе понятия и термины гражданского и других отраслей законодательства используются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства Российской Федерации. Это касается понятия долга, обязательства, кредитора и других общеприменимых понятий.

  • Взыскание может осуществляться кредитором (в том числе новым кредитором), действующим в своем интересе, лицом, не являющимся кредитором и действующим в чужом интересе.
  • Учитывая многообразие форм добросовестных действий по взысканию задолженности, определение и описание понятия взыскания задолженности представляется затруднительным и не необходимым.
  • Закон направлен не на описание форм добросовестных действий по взысканию задолженности и дублирование закрепленных в других законах дозволений, а, напротив, на описание и регулирование действий, содержащих потенциальную угрозу нарушения прав должников – физических лиц, и установление связанных с осуществлением таких действий запретов.
  • Ограничения действий кредитора и (или) действующего в его интересах лица касаются в основном вопросов личных контактов с должником. Закон регламентирует порядок взаимодействия с должником кредитора и иных лиц, действующих от имени и (или) в интересах такого кредитора, при этом определяются:
  • а) круг лиц, имеющих право осуществлять направленное на возврат долга взаимодействие с должником – физическим лицом:
  • – в своем интересе – вправе осуществлять любой первоначальный кредитор или новый кредитор (кроме случая перехода права требования по договору потребительского кредита (займа);
  • – в своем интересе по приобретенному праву требования по договору потребительского кредита (займа) – вправе осуществлять только лицо, которое может выдавать потребительский кредит (заем), или лицо, включенное в государственный реестр;
  • – в чужом интересе вне зависимости от характера долга – также вправе осуществлять только лицо, которое может выдавать потребительский кредит (заем), или лицо, включенное в государственный реестр;

Источник: https://fictionbook.ru/author/e_n_kondrat/kommentariyi_k_federalnomu_zakonu_ot_3_i/read_online.html

Правовой механизм защиты физических лиц при взыскании просроченной задолженности

 Милохова А.В.

Проблему взыскания просроченной задолженности по праву можно отнести к одному из наиболее противоречивых вопросов регулирования общественных отношений.

Появление и бурное развитие коллекторской деятельности произошло стихийно, явилось объективным следствием роста рынка потребительского кредитования.

Отсутствие правовых рамок в сочетании с уязвимостью положения должника стало причиной распространения криминальных методов работы коллекторов.

Самым «примитивным», но при этом эффективным, с точки зрения достижения поставленной цели, оказалось применение методов психологического, а зачастую и физического давления на должников, попытка открыть у неспособного вернуть долг человека «второе дыхание», выявить «скрытые резервы» в виде родственников и друзей, которым небезразлична его судьба и которые могли бы погасить долг за неплатежеспособного должника.

При этом неправомерность поведения или злоупотребления таких взыскателей оправдывались недобросовестностью поведения должников, уклоняющихся от возврата долга, что явилось причиной конфликтности в понимании и обосновании природы коллекторской деятельности. Само понятие «коллектор» в России стало ассоциироваться не с профессиональной деятельностью по взысканию долга, а с обыкновенным бандитизмом.

Оценка сложившейся ситуации в юридическом сообществе варьировалась от признания необходимости определения правового режима коллекторской деятельности до введения полного запрета на ее осуществление.

Все мы помним победы Роспотребнадзора, которому удалось обосновать незаконность включения в кредитные договоры, заключенные с физическими лицами, условий об уступке права требования банка третьему лицу, как ущемляющих установленные законом права потребителя[1].

Однако ситуация изменилась в связи с выходом информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 сентября 2011 г. N 146[2], при подготовке которого представителям банковского сообщества удалось получить у судей поддержку своей позиции.

ВАС РФ признал, что «уступка банком лицу, не обладающему статусом кредитной организации, не исполненного в срок требования по кредитному договору с заемщиком-гражданином не противоречит закону и не требует согласия заемщика».

Спустя год была озвучена противоположная позиция Верховного Суда РФ, которая вновь подтвердила незаконность действий банка по уступке права требования к должнику-гражданину третьим лицам, поскольку нормы Закона о защите прав потребителей, носящие императивный характер, не предусматривают такого права банка[3]. Однако суд попытался занять компромиссную позицию, допустив возможность подобной уступки в случае, если это предусмотрено кредитным договором.

Читайте также:  Деньги в долг в витебске под проценты: как и где взять

Маятник продолжал раскачиваться. В 2014 г. право банков на уступку прав требования по просроченному долгу получило законодательное закрепление в ст. 15 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)»[4].

Таким образом, была предпринята первая попытка узаконить деятельность коллекторов, которые к тому времени уже выработали определенный стиль поведения – от конструктивного разговора они очень быстро переходили к жесткому давлению, используя при этом меры, очевидно недобросовестные с точки зрения цивилизованного общества, но не имеющие рычагов противодействия с точки зрения закона.

Вопрос о регулировании коллекторской деятельности так и не был снят с повестки. Вновь зазвучали предложения о запрете того, что законодатель был не в состоянии должным образом урегулировать. Высказывались предложения о введении моратория на осуществление коллекторской деятельности.

В Докладе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за 2015 год[5] было предложено существенно ограничить, вплоть до полного запрета, право кредитных организаций переуступать долг третьим лицам или поручать им взыскание задолженности до принятия федерального закона, упорядочивающего или отменяющего деятельность коллекторских агентств.

Резко отрицательную позицию относительно деятельности так называемых коллекторских агентств вновь озвучил в 2016 г. Роспотребнадзор.

По оценке данного государственного органа, призванного стоять на страже защиты прав потребителей и благополучия человека, возможность передачи прав требования, принадлежащих банку, третьим лицам нарушает требования российского гражданского законодательства, в том числе законодательства о защите прав потребителей.

Однако при этом Роспотребнадзор выразил готовность «поддержать те законодательные инициативы, которые способны привести к реальному созданию правовых основ для цивилизованного функционирования института внесудебного взыскания просроченной задолженности»[6].

Ситуация обострялась каждый раз, когда в СМИ появлялась новая информация о бесчинствах бандитов, называвших себя коллекторами.

На обсуждение были вынесены законодательные инициативы, вовсе запрещающие возможность внесудебного взыскания долга[7] или запрещающие уступку права требования кредитора по договору потребительского кредита[8], исключая тем самым из конфликта между должником и кредитной организацией всевозможных посредников.

Введение запрета на первый взгляд представляется самым простым и действенным способом решения проблемы.

Однако, оценивая состояние потребительского рынка, большое количество выданных кредитов в сочетании с низкой платежной дисциплиной, специалисты приходят к выводу о необходимости формирования комплекса мер, которые способны обеспечить максимальный уровень их возвратности.

Согласимся с мнением М.Н. Илюшиной о том, что потребность современной экономики в цивилизованной коллекторской деятельности обусловлена возможностью снижения рисков при выдаче кредитов за счет увеличения объемов их взыскания[9].

При этом в условиях, когда решение проблем развития судебной системы видится в расширении спектра внесудебного урегулирования споров и конфликтов[10], преимущество должен иметь именно внесудебный порядок взыскания просроченной задолженности.

Потребность регулирования коллекторской деятельности обусловлена двумя причинами: во-первых, позволяет избавить кредитные организации от выполнения не свойственных им в таком объеме функций; и, во-вторых, снижает нагрузку на судебную систему, реализуя процедуры взыскания во внесудебном порядке. При этом, несмотря на всю противоречивость складывающейся практики и сложности, с которыми сталкиваются граждане, оказавшиеся в сложной финансовой ситуации, стабильность гражданского оборота базируется на одном из основных принципов – pacta sunt servanda. В связи с этим существует необходимость создания такого правового механизма, который бы обеспечил реализацию этого основополагающего принципа и при этом гарантировал бы соблюдение прав человека, ограждая его от произвола со стороны кредиторов.

Целый ряд методов, используемых коллекторами при работе с гражданами, зарекомендовали свою эффективность при взыскании просроченных долгов в сфере бизнеса.

Специалисты в сфере корпоративного коллекторства предлагают использовать меры информационного воздействия на выгодоприобретателей должника, вести работу с контрагентами должника, мотивировать должника с помощью контролирующих органов.

Полезного эффекта можно добиться, предупредив должника, дорожащего своей репутацией, о возможности публичного информирования о недобросовестных действиях по возврату долга[11].

Перечисленные меры имеют характер деловых взаимоотношений участников бизнес-процесса, что является нормой для его реализации. Использование же аналогичных методов в отношении гражданина-должника ведет к вторжению в его личное пространство и оказывает негативное влияние на его психоэмоциональное состояние.

Очевидная разница статуса заемщиков обусловливает необходимость реализации дифференцированного подхода к регулированию процедуры взыскания просроченной задолженности. В соответствии со ст.

2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью, и в обязанности государства входят признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина. Именно о защите прав граждан пришлось вести речь при принятии в 2016 г.

«пакета коллекторских законов», состоящего из Основного закона, регулирующего защиту прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности[12] (далее – Закон о коллекторской деятельности), а также других федеральных законов, вносящих изменения и дополнения в КоАП РФ[13], Налоговый кодекс РФ[14] и другие федеральные законы.

  • Принятие названных Законов позволило завершить формирование комплексного механизма работы с должниками в сфере потребительского кредитования, включающего в себя также:
  • Федеральный закон о потребительском кредите (займе) и Федеральный закон от 2 июля 2010 г. N 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»[15], предусматривающие гарантии заемщику-гражданину при предоставлении кредита (займа);
  • Федеральный закон от 30 декабря 2004 г. N 218-ФЗ «О кредитных историях»[16], положения которого должны быть учтены при принятии кредитором решения о выдаче кредита;

Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[17], предусматривающий реабилитационные процедуры в отношении гражданина в целях восстановления его платежеспособности и погашения задолженности перед кредиторами в соответствии с планом реструктуризации долгов.

Важнейшей задачей нового законодательства стало формирование правового механизма защиты прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, который выражается в предоставлении правовых гарантий, а также определении форм защиты прав граждан в случае их неисполнения.

Основой этого механизма должно было стать определение правового статуса, усиление ответственности и установление государственного контроля (надзора) за деятельностью коллекторов.

На необходимость определения особенностей правосубъектности коллекторов в гражданском обороте путем введения соответствующих ограничений неоднократно обращалось внимание в юридической литературе[18].

Закон о коллекторской деятельности предусмотрел обязательность и порядок формирования государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату долгов; определил требования в отношении юридических лиц, осуществляющих такую деятельность в качестве основной, а также его учредителей (участников), органов и работников; установил требования в отношении размера чистых активов коллекторской организации для включения в государственный реестр, который должен составлять не менее 10 млн руб.; а также предусмотрел обязательность осуществления федерального государственного контроля (надзора) за их деятельностью. Указанные меры должны способствовать «выдавливанию» с рынка взыскания долгов случайных участников. На сегодняшний день в Государственный реестр включены сведения о 240 организациях, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности[19].

Несмотря на то, что Федеральный закон от 3 июля 2016 г.

N 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» позиционируется как Закон, регулирующий деятельность коллекторов, необходимо иметь в виду, что действие данного Закона и правовые гарантии, им предусмотренные, распространяются в отношении любого кредитора. Исключение составляют кредиторы – физические лица, самостоятельно осуществляющие взыскание задолженности со своего контрагента-должника; задолженность физических лиц в сфере жилищно-коммунальных отношений, а также случаи, когда должником выступает индивидуальный предприниматель и долг связан с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, субъектами правоотношений, регулируемых Законом о коллекторской деятельности, могут выступать не только внесенные в реестр юридические лица, осуществляющие деятельность по возврату долгов, но и банки, и иные кредитные организации, а также микрофинансовые организации. Попытки оспорить данный тезис не встретили поддержки в суде[20].

Читайте также:  В балансе: задолженность перед учредителями по выплате доходов, по начисленным дивидендам, сроки погашения, проводки, бухгалтерская запись

Источник: https://UrFac.ru/?p=2452

Читать

Комментарий к Федеральному закону от 3 июля 2016 г. № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансо-вой деятельности и микрофинансовых организациях»»

Предисловие

Современный законодатель избрал очевидную политику, основанную на стремлении урегулировать сферы деятельности, которые уже сложились, достаточно давно развились и в некотором смысле даже деградировали, перемещаясь в так называемую теневую социально-экономическую сферу.

Речь идет как, в частности, о микрофинансовой деятельности, так и о тесно примыкающей к ней деятельности по профессиональному взысканию долгов.

Хотя последний из перечисленных видов деятельности не называется в тексте комментируемого Закона в качестве «коллекторской», именно такой термин во многом считается устоявшимся.

В последнее время в информационной повестке нашего общества тематика коллекторской деятельности в значительной степени актуализировалась и приобрела даже в известном смысле скандальный оттенок.

Вместе с тем проблемы недостаточности правового регулирования профессиональной деятельности по взысканию долгов уже не первый год стоят перед отечественной доктриной, законодателями, практикующими юристами, равно как и перед огромным количеством рядовых граждан, среди которых немало должников и взыскателей.

Причем существующие взгляды на обозначенную сферу деятельности полярно разнятся, начиная от неприятия коллекторов как таковых с соответствующим желанием запрета подобного вида деятельности и заканчивая абсолютной поддержкой альтернативного органам принудительного исполнения механизма взыскания долгов с приданием последнему качеств весьма эффективного, а потому и перспективного средства решения проблем кредитора (взыскателя). Нередко подобные рассуждения усиливаются статистическими данными о деятельности Федеральной службы судебных приставов, чрезмерной нагрузкой на судебного пристава-исполнителя и его недостаточной мотивацией на конечный результат.

Первым конкретным законодательным шагом на пути установления правовой регламентации порядка возврата долгов стало принятие Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон о потребительском кредите), в ст.

15 «Особенности совершения действий, направленных на возврат задолженности по договору потребительского кредита (займа)» которого была предпринята попытка внести базовые ограничения при взаимодействии представителя кредитора с должником во внесудебном порядке в рамках договорных отношений из потребительского кредита (займа).

Представляется, что приведенная правовая норма во многом носит декларативный характер и по существу едва ли может претендовать на сколько-нибудь полноценное регулирование обозначенного вида деятельности.

Появление же указанной статьи скорее стало ответом на упреки критиков в полном отсутствии правовой основы для деятельности коллекторов в современной России и, по верному замечанию некоторых авторов, закрепляет ситуацию, которая сложилась в области взыскания задолженности по потребительским кредитам (займам) естественным образом1.

Вместе с тем следует напомнить, что разработка законопроектов в сфере профессиональной деятельности по взысканию задолженности велась уже не один год. До недавнего времени научным и профессиональным сообществом обстоятельно обсуждались:

– проект федерального закона «О деятельности по взысканию просроченной задолженности физических лиц», подготовленный Министерством экономического развития РФ;

– проект федерального закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при взыскании задолженности», подготовленный Президентом Ассоциации региональных банков России, депутатом Государственной Думы Федерального Собрания РФ А. Аксаковым.

Кроме того, было несколько законопроектов, разработанных непосредственно «внутри» профессионального сообщества коллекторов. Речь, в частности, идет о соответствующих вариантах проектов, выдвинутых Национальной ассоциацией профессиональных коллекторских агентств (НАПКА) и Ассоциацией коммерческих организаций развития коллекторского бизнеса (АРКБ).

Несмотря на обилие субъектов, изъявлявших желание и проводивших конкретную работу по написанию проектов законодательных актов в обозначенной сфере, указанным инициативам не суждено было снискать статус федерального закона.

Проблема принятия указанного закона выходит за рамки только лишь необходимости создания ясной, сбалансированной процедуры взаимодействия должника и профессионального взыскателя.

Собственно рынок коллекторских услуг в том виде, в каком он сейчас сложился в России, далеко не во всех случаях можно назвать цивилизованным, а самое главное, отвечающим сути профессионального взыскания в других странах.

Попытки разгрузить государственный механизм принудительного исполнения предпринимаются уже не первый год. При этом определенные положительные результаты уже появились.

К примеру, заработал институт дисконтирования отдельных административных штрафов. Вместе с тем этого еще явно недостаточно.

Соответственно фигура коллектора в настоящее время стала олицетворять собой порой даже более эффективное воздействие на должника по сравнению с государственным служащим – судебным приставом-исполнителем. Но оборотная сторона эффективности в данном случае – нарушение прав и законных интересов должника.

17 февраля 2016 г. в Государственную Думу Федерального Собрания РФ был внесен проект федерального закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату долгов» (далее – проект Закона, Законопроект)2.

В процессе доработки Законопроекта ко второму чтению его название было скорректировано: «возврат долгов» был заменен на «возврат просроченной задолженности».

Субъектами законодательной инициативы выступили оба председателя палат законодательного органа Российской Федерации, что во многом и предопределило его оперативное рассмотрение и принятие.

Едва ли сегодня возникают сомнения в своевременности самой идеи правового регулирования коллекторской деятельности в России, скорее законодателя можно здесь упрекнуть в некоторой запоздалости в решении давно назревших вопросов, находящих теперь и широкий общественный резонанс. Очевидно, следует усиливать и уголовно-правовое преследование лиц, совершивших действия, содержащие все признаки преступления.

Подписанный 3 июля 2016 г. Федеральный закон № 230-ФЗ, как представляется, в целом отражает актуальный уровень понимания проблем, связанных с профессиональным взысканием долгов, стремлением минимизировать негативные формы ведения названной деятельности с соответствующим усилением государственного контроля в этой области.

Это заслуживает одобрения и всяческой поддержки с принципиальным уточнением.

Не произойдет ли метаморфоз, приводящих к злоупотреблениям со стороны уже должников в отношении кредиторов? Используя арсенал заложенных в Законопроекте средств, вполне возможно предположить нежелание основной массы должников идти на взаимодействие с профессиональными взыскателями, что неминуемо будет приводить к снижению общих сумм возврата просроченной задолженности, взыскиваемой в конечном счете в интересах банка. В свою очередь кредитные организации будут вынуждены закладывать увеличение рисков в свои процентные ставки по кредитам, что ударит уже по всем заемщикам, в первую очередь по добросовестным, которых большинство. Подобные последствия принятия Закона также нельзя сбрасывать со счетов.

Вместе с тем хочется выразить надежду на то, что ближайшее правоприменение принятого Закона окажется способным выработать оптимальные подходы к толкованию его положений.

Владимир Гуреев,

доктор юридических наук, доцент, заведующий кафедрой гражданского процесса и организации службы судебных приставов Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России)

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=626244&p=1

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector